Каждый пожилой волгарь не забудет точную дату, когда первые бомбы c первых немецких «Мессершмитов» и «Хейнкелей» стали сыпаться градомна палубы судов, которые несли свою трудную боевую вахту на Нижней Волге в районе Сталинграда.

Эти люди поседели еще полвека назад. Ведь было от чего поседеть! На их глазах от взры­вов мин и снарядов столбы воды и песка подни­мались вдоль бортов, за кормой или впереди суд­на выше тентовой палубы, донный песок с гул­кими шлепками падал на поверхность воды в де­сятках метров от места взрыва. Все это тяж­ким грузом откладывалось в сердцах юных вол­гарей и волжанок.

К великому сожалению, многие молодые реч­ники остались под тяжелой волжской водой. Ко­чегар Трубичкин А.А., матрос Ржанова А. с паро­хода «Тбилиси», подорвавшегося на мине 13 авгу­ста 1942 года. Кочегар Исаев З.К. и матрос Со­ловьева Е.А. парохода «Ваня - Коммунист», подо­рвавшегося на мине 13 мая 1943 года, и сотни, сотни других, не доживших до светлого дня По­беды над фашистской Германией.

Живые свидетели тех грозных дней и собы­тий, их дети и внуки должны сегодня собрать­ся воедино и перед памятью погибших четко и твердо заявить: «Вы навсегда в наших сердцах!»

Сегодня я предлагаю вниманию читателям газеты «Астраханская правда» очередную зарисовку из жизни в военное лихолетье женской части экипажа теплохода «Карл Либкнехт».

Так сложились жизненные обстоятельства, что зиму 1942-1943годов, а также лето сорок третьего молодые и не очень молодые мамы с детишками проживали в красивей­шем месте на крутом берегу красавицы Волги - селе Ва­сильсурск. Если смотреть со стометровой высоты горного берега, на котором расположилось это старинное село, на великолепие реки, то увидишь крутой, почти под девяно­сто градусов изгиб ее русла. На левом отлогом берегу на­сколько хватает взора раскинулись заливные луга, покры­тые изумрудом зеленых трав. На правом горном берегу, выше села, впадает в Волгу беспутная, своенравная река Сура. В полукилометре от стрелки (это выступ, образован­ный правым берегом Волги и правым берегом Суры) обра­зовалась небольшая затонина, которая впоследствии сы­грала свою положительную роль в военной жизни села.

Красота! Но так устроен мир, что окружающие, к со­жалению, порой пытаются уничтожить ее. На крутом склоне берега, рядом с дорогой, извивающейся красно- коричневой змейкой к берегу Волги, возвышалась краси­вейшая белая церковь. В створе этой улицы, у берега, сто­ял дебаркадер, к которому причаливали пассажирские и грузовые суда.

За углом церковной ограды был большой деревянный дом, в котором жила семья родственников второго штурма­на теплохода «Карл Либкнехт» Ертахова Александра Ива­новича. У них остановилась на зиму 1943-1944годов вся ва­тага жен, матерей, детей, снятых с теплохода в целях их безопасности.

Коварен крутой правый берег Волги. В его недрах не­видимыми змейками протекают миллионы ручейков, ко­торые вырываются наружу в виде родничков с чистей­шей, но очень холодной водой (аж зубы ломит). Эти под­земные властелины размывают береговой грунт изнутри, и он под тысячетонной тяжестью начинает сползать к уре­зу реки, неся на себе все сельские постройки: дома, сараи, клети животных, магазин, знаменитую на всю округу право­славную церковь. Васильсурчане привыкли к такому явле­нию природы. Строения, сползшие к самой воде, разбира­ли, метили каждое бревнышко, каждую досточку и прочие детали строения, перевозили на верх берега, собирали их и продолжали жить, ожидая следующего цикла.

И еще одна природная достопримечательность уни­кального села, расположенного на стрелке двух рек - Волги и Суры, - это весенний ледоход. Две реки - две сестры, но как они не похожи друг на друга. Волга - могучая, плавная с ее крутыми изгибами с севера на восток, с ее алыми отли­вами воды в момент заката, с ее необъятной широтой, не­сущей на себе пароходы, баржи, лодки, паромы.

Сура - это брыкливый шалун с быстротекущей водой, несущей находящиеся на ее неширокой спине лодки с мо­лодыми ребятами и девчатами, поющими звонкие лириче­ские песни. Зимой заснеженную Суру совершенно не вид­но под толстым слоем бело-серебристого снега. С прихо­дом весны все резко преображается. Издалека начинает надвигаться всеобъемлющий, густой, несколько жуткова­тый шум. Это Сура начинает вскрываться от ледяного по­крывала. Все происходит настолько скоропалительно, что житель Васильсурска, перейдя утром реку по льду, в обед уже не мог вернуться назад ввиду того, что на реке громоз­дятся двух -, а то и более метровые торосы. Надвинувший­ся вверх лед с грохотом падал на нижние льдины и рассы­пался на тысячи искрящихся ледяных иголок. Это прекрас­ное зрелище можно было наблюдать в течение трех дней, после чего чистая ото льда река продолжала свое стрем­ление к месту дружеского слияния с Волгой.

А за тысячу верст от Василя (так ласково называли свое село жители) громыхала взрывами ВОЙНА. Волга продолжала свою нелегкую работу. Пассажирские суда пе­ревозили воинское пополнение на фронт, в обратном на­правлении» раненых и искалеченных людей. Нефтевозы пароходства «Волготанкер» в сложнейших навигационных условиях доставляли к месту боев так необходимое топли­во - бензин, керосин, дизельное, газойль.

Какими бы не были красивыми места, где жили жен­щины с малолетними детьми, как бы далеко не находились они от места боев, основной задачей их было сохранение всех ребятишек живыми и здоровыми, а для этого в первую очередь надо было их накормить. Основным продуктом пи­тания был картофель. Но его не сажали и не выращива­ли жители пароходного «десанта». Основным способом приобретения картофеля был натуральный обмен. Жите­ли Васильсурска и окрестных деревень обменивали кар­тошку на дефицитное во время войны мыло, спички, тка­ни, малопоношенные вещи с плеч просительниц. Но ведь не все имели запасы вещей, пользовавшихся спросом, по­тому - то основная масса детей и женщин жили впроголодь. В пищу употребляли дары лесов, окружающих село: грибы, ягоды, щавель, желуди и все остальное, что можно было жевать.

Так полуголодные, но сильные духом дружбы и паро­ходского товарищества детишки, грудные и повзрослев­шие, ждали осени 1943 года, чтобы вместе с мужским со­ставом экипажа теплохода « Карл Либкнехт» отправиться на зимовку в затон имени Молотова (бывший затон Сопчи­но), но почему - то в последнее время с теплохода переста­ли приходить сообщения о его местонахождении, состоя­нии. В женские сердца незаметно, но реально и ощутимо вкралась ТРЕВОГА.

Герман ВЕДЕРНИКОВ